Возможен ли европейский буддизм?

Возможен ли европейский буддизм?В настоящее время все чаще поднимается вопрос о том, следует или нет приступить к адаптации восточной версии Учения Будды к европейской (русской, украинской) культуре? Ответ на этот вопрос может быть только однозначный — без адаптации под современный культурный и интеллектуальный уровень западных людей Учение не только не будет вести к Просветлению, но и порождать прямо противоположные качества: гордыню приобщенностью к неким »
4000
древним восточным тайнам», комплексы неполноценности своим «неазиатским» происхождением, шарлатанство и коммерциализацию, причем не только со стороны западных людей, но и со стороны нечистоплотных восточных представителей буддийских структур, которые нередко рассматривают «белых сахибов» лишь как источник финансирования своих «восточных» структур или для поднятия своего личного рейтинга.Позвольте предоставить вашему вниманию статью моего Учителя Дорже Жамбо Чойдже-ламы, Предстоятеля Духовного управления буддистов Украины и настоятеля монастыря Шейчен-Линг (Донецкая обл.).

Возможен ли европейский буддизм?В настоящее время все чаще поднимается вопрос о том, следует или нет приступить к адаптации восточной версии Учения Будды к европейской (русской, украинской) культуре?

Ответ на этот вопрос может быть только однозначный — без адаптации под современный культурный и интеллектуальный уровень западных людей Учение не только не будет вести к Просветлению, но и порождать прямо противоположные качества: гордыню приобщенностью к неким «древним восточным тайнам», комплексы неполноценности своим «неазиатским» происхождением, шарлатанство и коммерциализацию, причем не только со стороны западных людей, но и со стороны нечистоплотных восточных представителей буддийских структур, которые нередко рассматривают «белых сахибов» лишь как источник финансирования своих «восточных» структур или для поднятия своего личного рейтинга.

Примеры такой нечистоплотности уже стали массовыми, особенно, как это ни прискорбно звучит, со стороны некоторых тибетских лам, которые в наибольшей степени зависят от западного финансирования ввиду того, что практически все пребывают в иммиграции и не имеют иных серьезных источников доходов, как только спонсорство своих западных последователей. С великой помпой даются красочные «посвящения» и «прямые введения», которые на самом деле являются грубой профанацией самой сути этих понятий. Причем профанацией сознательной и наглой — для этого достаточно лишь сравнить, как те же посвящения даются в традиционных восточных центрах, будь то крупные монастыри или группы учеников, собравшихся вокруг одного из Учителей.

Зачастую ситуация доходит до абсурда, когда из общины в несколько десятков человек лишь неоторые могут более-менее внятно изложить порядок и суть Четырех Благородных Истин, да и то начинают путаться, когда их просят изложить Восьмиричный Благородный Путь. И это при том, что Сам Просветленный говорил: «Я не учу ничему другому, как только Четырем Благородным Истинам». Но зато все эти «буддисты» практикуют «Тантру», «Махамудру», «Пхову» или «Дзогчен»! Интересно, как же это они «практикуют», если не знают элементарных основ Учения? И что за «Учителя» дали им эти посвящения, для получения которых требуется не просто элементарное знание основ, но фундаментальное понимание Учения? Фактически, уровень практики большинства «наших» буддийских общин не выходит за уровень дешевого шаманизма и слепого ритуализма, и это во многом заслуга именно традиционных восточных Учителей, учащих Дхарме кавалерийскими наскоками по 3-5 дней раз в полгода.

Эта проблема может быть разрешена только при принципиальном изменении самого подхода к распространению Дхармы на западном культурном пространстве: не пересаживание тибетской, японской, корейской, индийской или китайской культуры на нашу почву, не хождение в традиционных восточных одеждах (которые вызывают вовсе не уважение, а лишь недоумение и насмешки у окружающих), не завывание непонятных самим адептам мантр и молитв (поскольку они читаются на непонятном им языке оригинала), не традиционализм — а пестование самой духовной сути данной Традиции, Школы или Линии Передачи. Обратная постановка вопроса может быть лишь у тех, кто, в силу своих комплексов неполноценности или психотичности, стремиться быть «избранным», выделиться любой ценой, «поиграть» в Учение или заработать на нем. Именно из среды этих «избранных» сейчас раздается на пост-советском пространстве дружный вой о «чистоте линии передачи», «кармической предрасположенности к буддизму», «наличии прямой передачи», «неблагоприятной эпохи для проповеди» и, как следствие всего этого, — заявления о том, что Учению Будды чужд прозелитизм, а потому не следует прилагать особых усилий к распространению Дхармы. Дескать, «сами придут» те, у кого «карма хорошая». Интересно, если бы сам Истинно-Всепросветленный рассуждал таким образом — что бы мы имели сейчас вместо Дхармы?

Любой знающий основы Учения практикующий согласится со мной, ибо это не только мои собственные взгляды, но и наставления Будды, который прямо запрещал распространять Дхарму, без учета Времени (то есть — уровня развития человеческой цивилизации), Места (данной региональной культуры) и Человека (индивидуальных способностей и склонностей индивида). Более того, он прямо запрещал распространять Учение, на языке, отличном от языка места проповеди. Как далека нынешняя ситуация от этих наставлений!

Что же необходимо для адекватного распространения Дхармы в европейской среде?

С точки зрения соответствия Времени — учитывая современный уровень образования и науки. Следует решительно отделять мифологическую составляющую буддизма от практической Дхармы. Здесь я полностью согласен с Далай-ламой, когда он заявил: «Если верить в гору Сумеру — значит быть буддистом, то тогда я не буддист вообще!»

В распространении Учения следует опираться на современные научные открытия и разработки, как в иллюстрации теоретическо-практических аспектов Дхармы, так и в технике распространения Учения, проповеди и обращения к Нему новых людей.

С точки зрения Места — учитывая христианизацию сознания населения, «пропитанность» западного мышления христианскими ценностями, символикой, культурой, семантикой. Необходимо не бороться с этой тенденцией, не создавать очередную «контркультуру», а творчески подключаться к этим факторам, максимально используя их на внешнем уровне без изменения сущностных основ Учения. Причем это не будет неким новым словом в практике распространения Дхармы: именно таким образом Она и распространялась в Тибете, Китае, Японии, Монголии и других, ныне традиционно буддийских, странах. Подобно тому, как Сам Просветленный и Его первые ученики знали ведический канон лучше самих брахманов а китайские последователи — знали и комментировали труды конфуцианства и даосизма лучше самих конфуцианцев и даосов, также и западные последователи просветленного должны знать христианский канон лучше, чем средние христиане. И не только знать, но и уметь использовать его для обращения сердец к Дхарме.

С точки зрения Человека — следует изучать и нарабатывать навыки индивидуальной психологической работы, чему в огромной степени могут помочь современные психологические разработки.

Следует помнить, что на момент своего возникновения Учение Будды было намного прогрессивнее и динамичнее, чем существовавшие духовные системы. Оно постоянно совершенствовалось в методах и увеличивало знание — и потому побеждало. Если мы хотим, чтобы Дхарма побеждала и в наше время и на наших землях — мы должны идти тем же путем: быть эффективнее и прогрессивнее других местных учений, быть более динамичными и сплоченными.

На этом пути нам предстоит решить еще много проблем, но начинать решать их нужно не в «светлом будущем», а здесь и сейчас. Назову главные из них.

1) Количество последователей, то есть — насколько массово распространяется Дхарма. Эта величина зависит от трех факторов:

— правильной стратегии, направленной не на «эзотерику», «тантризм» или избранность, не на традиционализм (будь он тибетского, китайского, японского или бурятского «разлива»), а на простые и ясные любому, даже внешнему по отношению к Учению, человеку истины и практики, которые бы реально освещали и меняли его жизнь. Человек должен ясно понимать, что дает ему Учение, как ему следовать в жизни, как подниматься с одной ступени духовного восхождения на другую;

— творческая, но без потери сути, адаптация символики и ритуалов, чтобы они в наибольшей степени воздействовали на массовую аудиторию и соответствовали бы ее подсознательным установкам относительно внешней формы духовного учения;

— активность и сплоченность последователей Просветленного в деле проповеди Дхармы и обращение к Трем Драгоценностям новых последователей; при этом проповедь должна рассматриваться не с точки зрения информирования населения об Учении, не лекторство, а именно то, что в христианстве называется «обращение в веру», приведение к формальному и практическому принятию Просветления как высшей цели в жизни, Учения — как наивысшего Пути к Просветлению и Братства практикующих — как наивысшего сообщества.

2) Материально-экономическая база для развития различных программ, без которой невозможно ни создание нормальных условий для практики тех, кто решит полностью посвятить себя Трем Драгоценностям то ли в качестве мирского проповедника Дхармы, то ли в качестве монаха, ни приглашение компетентных Учителей Дхармы для длительного (а тем более — постоянного) пребывания в наших землях, ни массовые переводы канонических текстов, ни строительство храмов и монастырей, ни широкая проповедь.

3) Переводы и издание Канона и трудов Великих Учителей — без этого фундамента адекватное распространение Дхармы просто невозможно, без этого фундамента оно будет постоянно проходить под знаменами профанации и самодеятельности.

Перед нами стоит воистину грандиозная задача и никто просто не в состоянии решить ее за нас. Но именно такая задача достойно того, кто искренне, всем сердцем принял обет спасти всех живых существ! Именно такая задача способна закалить дух истинных сынов Просветленного и отсечь всех тех, кто прикрывает красивыми словесами собственную слабость и ничтожество!

Да будем же достойными сынами Святой Триратны!
Намо Бхагаватэ!