Работа с эмоциями

Работа с эмоциямиКак работать со своими эмоциями и делать их более сговорчивыми, послушными, покладистыми и воспитанными? Что делать с гипертрофированной эмоциональностью? И как в целом гармонизировать свой эмоциональный фон? Начнем с того, что у каждого человека есть свой естественный уровень эмоциональности, свойственный ему от природы, и изменить его трудно — реально можно несколько сместить ситуации, когда эмоции проявляются, а также изменить сам характер этих эмоций, сделать их более благородными и чистыми. И здесь надо различать две темы: локальная работа с отдельными эмоциональными проявлениями и глобальная работа человека над своими эмоциями в целом, которая может занять несколько лет (или десятков лет), но в итоге перестроит всю жизнь человека целиком.Работа с эмоциямиКак работать со своими эмоциями и делать их более сговорчивыми, послушными, покладистыми и воспитанными? Что делать с гипертрофированной эмоциональностью? И как в целом гармонизировать свой эмоциональный фон?

Тема эмоций волнует многих моих читателей, да и вообще многих людей, в том числе и далеких от специальных гуманитарных интересов. Она весьма обширна, и по-хорошему стоило бы написать о ней специальное исследование научно-практического характера, и, может быть, я со временем этим займусь, а пока некоторые соображения, наблюдения, техники.

Эмоции, как писал известный психолог ХХ века Фриц Перлс, являются основной энергией человеческой психики. В общем я разделяю этот взгляд, и хотя традиционно человечество делится на три категории: люди действия, люди мышления и люди эмоций, — все же полагаю, что эмоции, пусть внешне и не так ярко выраженные, являются основой ощущения жизни у всех этих трех категорий. Так что без эмоций — никуда, хотя они и причиняют временами массу неприятностей, либо сами по себе, либо по своему влиянию на человека, который под натиском эмоций оказывается не в силах правильно думать и тем более действовать.

Начнем с того, что у каждого человека есть свой естественный уровень эмоциональности, свойственный ему от природы, и изменить его трудно — реально можно несколько сместить ситуации, когда эмоции проявляются, а также изменить сам характер этих эмоций, сделать их более благородными и чистыми. И здесь надо различать две темы: локальная работа с отдельными эмоциональными проявлениями и глобальная работа человека над своими эмоциями в целом, которая может занять несколько лет (или десятков лет), но в итоге перестроит всю жизнь человека целиком. Сегодня я больше расскажу об известных мне локальных методах усмирения эмоций, но попытаюсь также наметить направления для серьезной работы над собой в этом отношении.

Когда нахлынет… Вероятно, для многих людей наибольшую видимую неприятность представляют ситуации, когда эмоция налетает, подобно урагану или большой волне и захлестывает человека, приводя его в слезы или неистовство, опуская в непереносимое горе или поднимая на эйфорические высоты, но в любом случае начисто выбивая из разумной колеи мыслей, реакций, действий и восприятия. Можно ли с этим что-то сделать? Находясь внутри эмоционального тайфуна, это сложно, но вот научиться его правильно понимать и отчасти регулировать — вполне в человеческих силах.

Функции эмоций

Принцип психологического детерминизма, восходящий еще к Зигмунду Фрейду, утверждает, что ничто в человеческой психике не происходит просто так, и уж такая яркая вещь, как эмоция, точно не приходит случайно. Кому-то или чему-то в психике она нужна, выгодна, необходима. У эмоций есть несколько функций, и каждая из них заслуживает внимания и рассмотрения.

Первая функция — энергетическая: эмоция — своего рода ветер на море, и любой человек, ходивший под парусом, знает, как тягостен штиль, и насколько моряку-яхтсмену желанна хотя бы мелкая рябь, свидетельствующая о подлетающем ветерке. Для многих людей эмоции необходимы для любого действия, и хотя им не нужен ураган, но без должных эмоций они просто не могут ничего делать — тогда они вызывают ветер, который имеет тенденцию превращаться в бурю, над чем они уже не властны. И получается в итоге, что мертвящему штилю они предпочитают неистовую бурю, пусть даже ломающую мачты и рвущую паруса. Разумный человек здесь скажет: зачем же так резко? Однако управлять эмоциями, переключая их силу и качество тумблерами, почти никто не умеет, и многие люди живут именно так: или штиль — или свирепый ураган. Зато потом, основательно подкрепившись (даже обожравшись) астральной энергией, можно некоторое время пожить тихо и попутно залатать возникшие прорехи, в том числе в человеческих отношениях. Более того, есть значительное количество людей, которые подсознательно (а то и сознательно) признают как настоящие, захватывающие, только ураганные эмоции, а остальные их не прельщают. Естественно, что время от времени они и попадают в ураган — в значительной мере сами его провоцируя.

Вторая функция эмоции — защита и снижение личной ответственности. Находясь в «аффективном состоянии», человек в собственных глазах (и даже в глазах окружающих) как бы не несет ответственности за свои поступки, или по крайней мере эта ответственность понижена. В неистовом гневе ревности можно даже перебить всю посуду в доме или разорвать дорогое платье жены — но кто же всерьез упрекнет ревнивицу (ревнивца) за это? Сильно волнующаяся студентка часто может рассчитывать на лишний балл на экзамене, а неадекватный в своей влюбленности кавалер получает снисходительное к его оплошностям отношение барышни.

Но это очевидные вещи. Есть защита более тонкая — например, эмоции, исполняющие роль чернильного пятна осьминога, и буквально блокирующие развитие ситуации при ее приближении к нежелательной для человека точке. Так, эмоция бешеной неконтролируемой обиды может возникнуть у человека в ответ на ничтожное прегрешение партнера, перед которым человек серьезно виноват, и дело идет к обсуждению этой вины и возможным достаточно неприятным для человека ее последствиям. А, так сказать, превентивная острая обида на партнера или вовсе снимет тему вины человека с обсуждения, или по крайней мере даст ей совершенно иное освещение.

Третья функция — управление партнером и ситуацией. Человек, находящийся в остром аффекте, ставит окружающих в сложное положение и заодно оказывается в центре внимания. Об этом писали еще психологи XIX века, когда истерические припадки и даже обмороки были нормальным явлением жизни (по крайней мере, женской). Не имея логических и деловых аргументов, человек нередко опускает ситуацию на уровень эмоций, и тогда окружающим с ним трудно справиться, да и «мараться» часто не хочется — проще уступить. Особенно если эмоция острая и захлестывает человека целиком — он же в этот момент практически безумен!

Четвертая функция — снятие интеллектуального и событийного напряжения. Истерический неконтролируемый смех, бурные слезы, агрессия, злость, бешеное негодование и некоторые другие сильные эмоции часто идут как разрешение ситуации, зашедшей в тупик, когда человек не имеет больше сил, средств или желания удерживать ее на рациональном, конструктивном, «здравом» уровне.

Пятая функция — создание видимости императива. У человека часто возникает идея, что сильная эмоция буквально вынуждает к чему-то — хотя это обычно неправда. Человек может считать для себя извинительным сделать что-либо под наплывом эмоций — то, что он считает для себя недопустимым в нормальном состоянии (об этом я писал чуть выше), но эмоции в данном случае образуют лишь фон, а действие человек осуществляет по имеющимся у него мотивам, к эмоциям имеющим весьма отдаленное, а чаще всего никакое отношение. Например, муж, оскорбляющий свою жену в порыве ревности, делает это не потому, что он весь в эмоции праведного негодования и ему ничего другого не остается, как обозвать ее проституткой и шлюхой, а потому, что у него есть потребность выразить свой протест по поводу ее поведения (реального или им вымышленного — это в данном случае не имеет значения), причем этот протест у него имеется и в спокойном состоянии — просто в гневе ему проще выкатить свой протест наружу и озвучить его в словах и интонациях.

Шестая функция — эмоция как замена действия. Здесь речь идет об эмоциях, переживаемых внутри человека и не выпускаемых им наружу. Такая ситуация бывает, когда человек бессилен (так он считает сознательно — а реально боится или не хочет по иным причинам) что-либо сделать с ситуацией, которую он воспринимает как неудовлетворительную — тогда он начинает внутри себя предаваться негативным эмоциям в широком спектре, от негодования и гнева до самоуничижения, и хотя переживаемые им эмоции в целом отравляют его психику (не имея возможности адекватно проявиться вовне), они в его глазах отменяют необходимость реальных действий. Так жена, недовольная своим мужем во многих отношениях, может многие годы внутри себя на него дуться, или злиться, или ревновать, но так и не выйти на конкретный разговор с ним, не говоря уже о более решительных действиях.

Седьмая функция — эмоция как экзистенциальный символ. У многих людей есть подсознательное убеждение, что настоящая полнокровная жизнь — это бурление эмоций (нередко не так важно, каких именно), и для этих людей переживание захлестывающих эмоций имеет функцию мощной экзистенциальной поддержки, то есть убеждает их в том, что жизнь не проходит бездарно мимо, а пьется из полной чаши большими глотками. И на старости будет о чем вспомнить.

Список функций обычных и захлестывающих эмоций на этом, конечно, не кончается, и читатель с пользой для себя продолжит его сам. Моя же мысль заключается в том, что если у человека в подсознании имеются потребности в описанных выше функциях, то и соответствующие эмоции придут к нему с легкостью, а избавиться от них ему будет очень сложно, так как сам же он их и «заказывал». Так что теперь — кушайте, монсеньер (или донна). А если не хотите — следите за своими подсознательными желаниями и способами их удовлетворения.

Иными словами, обычное рассмотрение эмоций, и, в частности, захлестывающих, заключается в том, что они суть реакции человека на определенные внешние и внутренние события. Мое же предложение заключается в том, чтобы рассмотреть эмоции, а особенно захлестывающие человека, как мощные инструменты для решения его внешних и внутренних задач. Если человеку удастся решить эти задачи иными инструментами, то и эмоции ему не понадобятся и несомненно существенно поутихнут. А если он (осознанно или нет) использует свои эмоции как инструменты, то бороться с ними или даже хоть как-то на них влиять ему очень трудно, и его усилия в этом направлении — даже самые героические! — приносят ничтожные результаты.

Идентификация с эмоцией

Возможно ли справиться с эмоцией, когда она уже пришла или чуть ранее, когда она уже обозначилась, но не заиграла еще в полную силу? В принципе, да, можно, но для этого обычно бывает необходимо с этой эмоцией разотождествиться, то есть рассмотреть ее как нечто отдельное по отношению к своей личности. Если этого не сделать, то не то, что истребление, а даже легкое «насилие» над эмоцией (попытка ее трансформации) переживается человеком как насилие над его личностью и вызывает соответствующее отчаянное подсознательное сопротивление.

Разница на первый взгляд незначительна, но для подсознания она играет первостепенную роль. Для человека, идентифицирующегося со своими эмоциями, состояние, которое он характеризует выражениями: «Я радуюсь», «Я страдаю», «Я злюсь», — идет с акцентом на эмоции, то есть звучит как: «Я радуюсь», «Я страдаю», «Я злюсь» — и соответствует утверждению существования его «я» через переживаемые им эмоции (то есть в данном случае эмоция существует как реальная данность, а «я» идет как атрибут к ней, менее реальный, чем она сама); лишение же эмоций воспринимается таким человеком как лишение самоидентификации, что означает безумие и подсознательно переживается как угроза хуже смерти. Соответственно волевое управление эмоциями подсознательно переживается этим человеком как угроза его личности в целом и потому, как правило, отвергается его подсознанием априори, «с порога». Этому человеку непосредственно работать со своими эмоциями очень сложно (хотя в принципе тоже можно).

Отсутствие идентификации личности с эмоциями означает взгляд на них как на что-то, происходящее с человеком, но задевающее его «я» лишь поверхностно, как временный атрибут. Такой человек скажет: «Я радуюсь», «Я страдаю», «Язлюсь», — с акцентом на «я», имея в виду, что само по себе его «я» этими эмоциями не только не исчерпывается, но в принципе существует независимо от них, хотя временами ими окрашивается. Для такого человека реальна работа с эмоцией как с чисто внешним моментом, переживаемым им подобно налетающему ветру: ему можно подставить лицо, а можно запахнуть плащ поплотнее и отвернуться в сторону — как налетит, так и улетит дальше по своим делам. А иная эмоция подобна дождю: он может внезапно пролиться с неба, но даже если под ним, несмотря на зонт, промокнуть, все равно через некоторое время высохнешь под яркими лучами солнца.

Заметьте, что в обоих последних сравнениях (эмоция как ветер и как дождь) фигурируют не только способы принятия человеком этих явлений природы (подставить лицо или отвернуться), но и защитные средства: плащ или зонт.

Упражнение. Клип для эмоции.
Выберите момент, когда вы находитесь в относительно спокойном состоянии, и вспомните эмоцию, проявление которой вас тревожит, и типичную ситуацию, в которой эта эмоция активизируется. Подумайте, на какое явление природы эта эмоция похожа, и представьте себя под воздействием этой эмоции в виде животного или растения, подвергающегося соответствующему природному явлению, например: яблоня под дождем; собака, проваливающаяся в полынью; свинья, купающаяся в глубокой луже на главной площади провинциального городка. Сосредоточьте свое внимание на разнице между героем придуманной вами ситуации и природным явлением, и на независимости вашего героя от окружающей среды.

Запишите возникшие у вас образы в виде небольшого рассказа, годного в качестве сценария клипа. Подумайте о мелодии для этого клипа.

Если вы тщательно выполните это упражнение, то, скорее всего, сила переживаемой вами эмоции существенно уменьшится. Если же этого вам покажется мало, то введите в свой «клип» дополнительные средства защиты героя от природного явления: спасжилет для собаки, полиэтиленовую пленку для яблони, купальный костюм для свинки и т. п., и активно включите этот образ, когда эмоция снова на вас нахлынет.

Регуляция силы и качества эмоции. Работа с архетипом и даймоном эмоции.

Этот прием довольно опасен для человека при неуклюжем исполнении, особенно если им пользоваться при работе со «сладкой» (для себя) эмоцией. Поэтому совет автора — пока вы его как следует не освоили, применяйте его лишь для эмоций, которые вам отчетливо неприятны и вы действительно хотите от них избавиться или их существенно ослабить, а в их отсутствие не скучаете.

Для того чтобы представить себе картину в целом, вспомним древнегреческий миф: Афродита — Эрот с луком — стрела, пронзающая сердце влюбленного. Афродита — это архетип (богиня) эмоции, Эрот — даймон (ангел) эмоции, символизирующий канал связи человека с эмоциональным архетипом, стрела — конкретная эмоциональная посылка, то есть энергетический квант, попадающий в астральное тело человека и вызывающий в нем соответствующую эмоцию. Не надо только забыть один существенный момент: вонзив стрелу, Эрот некоторое время наблюдает за ее действием, а потом летит к Афродите с отчетом о любовных безумствах своей «жертвы».

Идея метода заключается в сознательном отслеживании всего процесса возникновения эмоции, начиная с прилета даймона, и даже раньше — с момента, когда человек попадает в поле внимания архетипа эмоции. Признаки этого любой человек, осаждаемый эмоциями, обычно знает — как попадание в зону внимания архетипа (отдаленный гром и сполохи из тучи знакомого вида на горизонте), так и подлет даймона, его нацеливание (первые признаки приближения эмоции), и реакцию на получение стрелы (резкое начало или резкое усиление эмоции). Техника же заключается в следующем: увидев блеск стрелы, пока еще находящейся в луке даймона, или поймав ее на подлете к себе, или даже почувствовав ее кончик на себе, нужно оценить ее эмоциональный заряд и вернуть стрелу даймону, с тем, чтобы он заменил ее на более подходящую (например, с меньшим или модифицированным зарядом), или вовсе отослать его (вместе с возвращенной стрелой) к своему хозяину (архетипу данной эмоции), со всем уважением объяснив, что вы в данной эмоции сейчас не нуждаетесь, и пусть архетип отошлет ее тому, кому она сейчас необходима.

Если вы привыкли часто испытывать данную эмоцию (например, недовольство), то вы постоянно находитесь в сфере внимания архетипа Недовольства, и он регулярно посылает к
8000
вам своего даймона Недовольства (то есть вы для него — vip-клиент, номенклатура), поэтому отсылать этого даймона обратно вам придется не раз и не два, и каждый раз это потребует от вас изрядных усилий — но когда-то вы будете вознаграждены тем, что уйдете из сферы постоянного внимания архетипа Недовольства, и в этот момент изменится весь фон вашей внешней и внутренней жизни — в нем из-за вечных серых облаков выплывет и засияет ярким светом солнце Радости.

Замечание. Когда вы будете осваивать эту технику, имейте в виду, что все действующие лица — архетип, даймон и стрела — живые, и могут живо реагировать на ваши мысленные действия и обращения. Подумайте заранее, какие слова кому вы будете говорить, запишите их на бумагу или в файл и выучите хорошенько наизусть — иначе вы точно их забудете!

Негативные фоновые эмоции. По моим наблюдениям, не только яркие, захлестывающие человека эмоции приносят ему неприятности. Не меньший вред психике приносят фоновые, слабые, оттесненные на край сознания, а то и вовсе в подсознание эмоции, не имеющие в психике естественного развития и гниющие там — но почему-то никак не сгнивающие до конца. Таково, например, фоновое чувство реликтовой вины и запоздалого раскаяния, которые не могут быть реализованы в прямом извинительном действии, так как их объекты находятся в далеком прошлом. Это, например, вина перед давно умершими родителями и другими ушедшими навсегда из жизни человека людьми, а также иными некогда дорогими ему существами. Другой вариант реликтовой эмоции — досада на самого себя, допустившего когда-то в юности или в детстве (или в младенчестве, или проходя через родовые пути) существенный промах или неправильный выбор в ответственной ситуации, что привело к тяжелым последствиям и для самого человека, и для других людей.

Для реликтовых негативных эмоций характерна их живучесть, поддерживаемая вполне актуальными силами в психике, которые преследуют свои цели, но не хотят «засвечиваться» в сознании, причем и эти силы (теневые субличности), и их цели относятся уже к текущей психике человека, а реликтовые воспоминания (то есть воспоминания о временах, субъективно воспринимаемых человек как очень давние, когда он по сути был совершенно другой личностью) используются ими в чистом виде как символы (якоря, спусковые механизмы) для активизации соответствующих эмоций, а истинным источником этих эмоций всегда является текущая жизнь человека, его современная неудовлетворенность собой и своей жизнью, в которой он не хочет себе признаваться и потому проецирует причину своих эмоций в прошлое.

Для того чтобы понять, какова же истинная подсознательная причина живости реликтовых эмоций, то есть их настоящий источник (без которого они давно бы перегорели), следует обратить внимание на ситуации, в которых эти эмоции активизируются, и свою актуальную неудовлетворенность в этих ситуациях — она подскажет, откуда дует ветер. Например, человека мучает реликтовое чувство вины перед своей давно умершей матерью, которую он при жизни плохо понимал, с ней часто ссорился и всегда давал ей недостаточное количество любви и заботы — и в своем детстве, и в юности, и в зрелом возрасте. Однако это чувство активно у человека не всегда — иногда он о нем забывает, а иногда оно вспыхивает с новой силой. Когда? Какие ситуации оно отравляет? Очевидно, те, в которых он в себе до конца не уверен, с которыми какая-то часть его подсознания не согласна и таким образом его тормозит.

Выявив, что это за субличность, использующая реликтовые эмоции, можно ей объяснить, что лучше бы она использовала иные инструменты, так как негативные эмоции, не имеющие выхода, отравляют психику в целом. С другой стороны, можно поработать и с этой эмоцией как таковой — но здесь необходим выход на трансперсональный уровень сознания и расширение слишком узко понятой личной ответственности, во-первых, на психику в целом, а во-вторых, на других людей и общий жизненный контекст, включая Всемогущего и Всеведущего Бога, Который заварил всю эту кашу, оставив слабым людям ее расхлебывать.

Сказанное особенно актуально для ситуаций, когда реликтовая эмоция связана с реликтовой ситуацией высокого драматизма — например, это угрызения совести человека, сознательно или по халатности погубившего своего близкого (например, ребенка). Такому человеку трудно внутри себя переработать свои эмоции и перестать себя казнить — ему нужен трансперсональный контекст, выход на уровень если не общечеловеческой, то хотя бы своей родовой кармы, колесиком в рамках которой он и оказался, так что расхлебывать его преступление нужно будет его потомкам — детям, внукам и далее, и так оно и было написано на скрижалях рода. Однако для детей и внуков это «расхлебывание» будет переживаться совсем по-другому, гораздо более «нормально» — например, как трудная, но интересная задача, или как некое частное проявление 12 дома — работы без прямого вознаграждения за усилия. Таким образом, драматизм реликтовой вины в данном случае уйдет, лишь если ею реально поделиться со своими потомками или более широким кругом людей (психоаналитики не в счет!) — но в нашей культуре для такой постановки вопроса нужно созреть, так как люди держатся за свою персональную вину больше, чем за недвижимость.

Другой вариант тяжелых реликтовых эмоций возникает у свидетеля драматической ситуации — например, тяжелого страдания или смерти другого человека. Образ страдающего существа, которому не удалось помочь, снова и снова встает перед глазами человека, с годами не становясь слабее, и что с этим делать? Людям, на которых бросил свой прямой взгляд архетип Страдания, часто может помочь лишь прямое подключение к архетипу Сострадания, или иное трансперсональное служение высокому идеалу с достаточно широким и связным пониманием мира в целом.

Наведенные эмоции

Есть эмоциональные состояния, вызванные не собственной жизнью человека, а как бы наведенные ему извне — другими людьми или эгрегорами. Это порой довольно яркие эмоции, которые можно пытаться использовать, перерабатывать или укрощать как факты своей собственной эмоциональной (шире — психической) жизни, но гораздо проще и эффективнее увидеть их внешнее происхождение, и использовать в этом случае специфические инструменты обращения с ними.

Чувствительные люди легко «ловят» эмоциональные состояния окружающих и по наивности воспринимают их как свои, не умея отделить прилетевшую извне эмоцию от собственной. Еще сильнее, чем окружающие люди, на эмоции человека действуют эгрегоры, которым он служит, причем эмоции, наведенные эгрегорами, обычно откровенно инструментальны, то есть имеют отчетливую функцию спровоцировать (корректнее сказать — вдохновить) человека на поведение (действие) в интересах соответствующего эгрегора. Эмоции, энергично наведенные сильными эгрегорами, имеют над человеком большую власть, которая в значительной степени усиливается тем, что человек воспринимает эти эмоции как собственные, личные. Однако вопрос о том, насколько эгрегориально наведенные эмоции являются «истинными» или же «наведенными», не так прост; если с эгрегором отношения хорошие, то человек может считать наведенные им эмоции (в том числе и не самые положительные) своими, а если отношения с эгрегором портятся, то, конечно, морально легче считать их «чужими», «наведенными».

Драматизм распада любовной или супружеской пары «подогревается» ощущением умирания парного эгрегора — особенно если он умирает, не выполнив толком своей миссии, и переживает довольно ядовитую эмоциональную смесь горечи, отчаяния, бессмысленности и беспросветности в преддверии будущей тотальной смерти (ибо у эгрегоров, в отличие от людей, нет перевоплощений, и они умирают в самом материалистическом смысле слова, без всякой надежды на будущее воскрешение). И чувствительный человек «ловит» эти эмоции и эмоционально (а иногда и физически!) умирает вместе с парным эгрегором — хотя с обыденной точки зрения ничего страшного не происходит, ну подумаешь: полюбились-разбежались, такого на свете много, особенно по молодости, да и в сорок лет жизнь не кончается (во восточным понятиям, она только в пятьдесят и начинается — более-менее осмысленная жизнь).

Не менее драматично переживается ведущими сотрудниками фирмы ее распад, сопровождающийся гибелью эгрегора фирмы, особенно если его миссия была низкой или плохо выполненной. При этом у служителей фирменного эгрегора часто возникают депрессивные и угнетенные психические состояния, для них самих иррациональные — а по сути это эмоциональные реакции на посланные эгрегором астральные стрелы.
Однако если эмоции, наведенные эгрегорами, которым человек честно (или по крайней мере увлеченно) служит, еще можно считать в какой-то мере «своими», то эмоции, наведенные человеческими партнерами и «чужими» эгрегорами, уж точно следует не воспринимать как собственные, но проводить через специальное переходное устройство, где они будут фильтроваться и приводиться к удобоваримому для человека виду. Выстраивание и отладка работы такого эмоционального фильтра может занять годы, но даст фундаментальные результаты для всей жизни человека.

Упражнение.
Уловив у себя наведенную партнером или «чужим» эгрегором неуместную или несвойственную вам эмоцию, не давайте ей развиться, а мысленно положите ее в особую коробочку, закройте ее и верните партнеру (эгрегору) со словами: «Это твое, а не мое».

Отследите свое эмоциональное состояние после этой процедуры (если вы все сделали правильно, оно должно улучшиться). Коробочку для размещения чужих астральных квантов (эмоционально заряженных стрел) изготовьте не только в своем воображении, но и в реальности: склейте ее из плотной бумаги, выпилите из дерева, на худой конец, купите в магазине, но тогда самолично обклейте ее тканью или цветной бумагой и украсьте подходящими символами и мудрыми изречениями.

Эмоции в колесе Психологического архетипа

Эмоции (разные) по идее должны сопровождать всю человеческую жизнь, выполняя разнообразные функции и постоянно видоизменяясь. Если человек «застревает» на какой-либо эмоции, это само по себе сигнал неблагополучия психики (и жизни человека). Однако аспекты эмоционального застревания могут быть разными, и в этом пункте я хочу рассказать об одном очень важном взгляде на эмоции, и вообще на психическую жизнь человека. Краткое описание Психологического архетипа читатель может найти в книге «Архетипы психики» (лекции 3-5).

Применительно к нашей теме следует выделить четыре аспекта протекания каждой эмоции, причем эти аспекты взаимозависимы, но не идут последовательно, а иногда некоторые из них вообще отсутствуют, и это является тревожным сигналом: здесь обязательно начинаются злоупотребления, так как нарушается естественный цикл развития психической энергии.

Аспект воды: внутреннее переживание эмоции.
Здесь эмоция переживается во внутреннем мире человека, в отрыве от непосредственных впечатлений, доставляемых органами чувств. Сознание человека, переживая эмоцию, имеет дело с воспоминаниями, мечтами, фантазиями, конструирует планы на будущее — реалистичные и откровенно невыполнимые.

Аспект огня: внешнее выражение эмоции.
Здесь эмоция выплескивается во внешний мир, в первую очередь — на голову (или тело) партнера, мощно (или почти незаметно) окрашивая выражение человеком содержания своего внутреннего мира, например, субъективных взглядов и отношения к миру, позиций, ценностей, планов, фантазий.

Аспект земли: внешняя деятельность, окрашенная эмоцией.
Здесь эмоция сопровождает внешнюю жизнь человека, отделенную от его внутреннего мира, часто опосредованную социальной группой или природой — в общем, доминирующей внешней реальностью, которая определяет поведение человека или становится объектом его деятельности, поглощая его внимание настолько, что о внутреннем мире он практически забывает.

Аспект воздуха: восприятие и запоминание, окрашенные эмоцией.
Здесь эмоция сопровождает внимательное наблюдение внешнего мира, запоминание его в образах и деталях, которые впоследствии (после переработки в соответствующие символы) станут объектами внутреннего мира.

Идея (гипотеза, наблюдение) автора заключается в том, что любая «добротная», «настоящая» эмоция существует во всех четырех описанных выше аспектах, несколько модифицируясь от стихии к стихии, но поддерживаясь всеми ими. Наоборот, «неправильная», «патологическая», «вредная» эмоция, скорее всего, будет акцентировать одну-две стихии, начисто игнорируя остальные, так что самая мысль о том, чтобы ее туда поместить, вызовет у человека живейший протест: ему этого «не надо», он этого «не хочет», «не умеет», это «противно его природе» и т. п.

На примере эмоции любви

Любовь во внутреннем аспекте (под стихией воды) — это переживание человеком наедине с самим собой своих чувств по поводу любимого существа, мысленные разговоры с ним, мечты о встрече, планы на отдаленное будущее.

Любовь в аспекте внешнего выражения (под стихией огня) — это внешнее проявление своих чувств, в первую очередь перед самим любимым существом, декламация посвященных ему стихов, преподнесение специально задуманных для него подарков и т. д.

Любовь в аспекте внешней деятельности (под стихией земли) — это в первую очередь совместная жизнь с объектом любви, общее времяпрепровождение, совместные походы, путешествия, работа, отдых, телесные взаимодействия как таковые.

Любовь в аспекте восприятия (стихия воздуха) — это внимательное любовное наблюдение за любимым существом, восторженное переживание его одежды, тела, манеры двигаться, разговаривать, улыбаться и даже ругаться.

В нормальной любви существенными ее частями будут все четыре описанные выше аспекта, и отсутствие любого из них болезненно ударит по отношениям. Наоборот, патологическое любовное чувство почти всегда будет построено на одной-двух стихиях, и одну или даже две (иногда даже три!) будет категорически отрицать. Это приводит к сильным искажениям, исправить которые можно лишь введя игнорируемые аспекты любви и научившись их не только учитывать, но и на них существенно опираться в своих отношениях.

Можно привести типичные дефекты любви, игнорирующей ту или иную стихию:
Любовь без стихии воды часто поверхностна и прямолинейна, прямо следует трафаретам, здесь человеку не хватает психологической глубины и он чаще всего ее себе запрещает (вероятно, опасаясь чего-то).
Любовь без стихии огня недостаточно выразительна — здесь человек полагается больше на «технические средства», чем на реальное выражение своих чувств.
Любовь без стихии земли лишена жизненной почвы и часто напоминает овощи, выращенные на гидропонике — воды много, а настоящего вкуса нет.
Любовь без стихии воздуха часто вводит в иллюзии по поводу реального объекта любви, который начинает мыслиться человеком совсем уж фантастическим образом.

Как выглядит любовь, лишенная двух или трех стихий, читатель пусть подумает сам — и ужаснется.
Однако в жизни такая дефектная с точки зрения той или иной стихии любовь встречается довольно часто, и ее искажения в тех аспектах, на которые она опирается, нередко могут быть естественно «вылечены» активизацией избегаемой стихии, а без этого коррекция оказывается невозможной.

Подавляющая часть проблемных эмоций человека сопровождается резкими дисбалансами по стихиям, когда один из описанных выше четырех аспектов данной эмоции чересчур сильно акцентирован в жизни человека, а другой в ее проявлениях практически не участвует. Это касается, кстати говоря, и негативных эмоций, которые фактически проявлены в жизни любого человека, но некоторые аспекты их проявлений человек считает для себя особенно неприемлемыми и потому вытесняет их в подсознание или же их попросту у себя не замечает. Однако разреши он их себе (хотя бы в небольших дозах) — и эмоция в целом стала бы, скорее всего, куда как менее ядовитой и разрушительной.

Упражнение.
Рассмотрите свои негативные (с вашей точки зрения) эмоции и определите, какие их аспекты (то есть проявления под стихиями) вы считаете для себя неизбежными и смиряетесь с их наличием, а какие — недопустимыми. После этого разрешите себе (для начала — в минимальном количестве) запрещаемые вами себе проявления негативных эмоций и посмотрите, что с ними и вами после этого станет.

Из книги
А. Подводного «Записки человековеда»